Полное название «Сутры сердца» — «Праджня-парамита-хридая-сутра». Эта сутра является одним из самых кратких и лаконичных, но при этом невероятно богатых по содержанию канонических текстов в буддийской литературе. С древних времен она широко распространялась в буддийских кругах, и многие верующие в каждую эпоху могли бегло ее декламировать наизусть. В разные династии различные выдающиеся монахи переводили и комментировали этот текст. Согласно неполной статистике, существует семь переводов «Сутры сердца», а количество комментариев и толкований к ней достигает как минимум сотни. Эта сутра также является обязательным текстом для вечерних служб в храмах китайского буддизма. Хотя вся сутра состоит всего из 262 иероглифов, она охватывает суть содержания 600 свитков «Махапраджняпарамита-сутры». Раскрываемый в «Сутре сердца» принцип обусловленного возникновения и пустотности природы всех явлений служит теоретическим краеугольным камнем для всех учений сутр Махаяны. Верное и точное понимание идейного содержания этой сутры имеет важное значение для изучения канонических учений и практики. «Сутра сердца» не только играет важную руководящую роль в духовной практике человека, но и дает многогранные откровения для жизни и взаимодействия с миром. Основные откровения «Сутры сердца» для человека можно свести к двум пунктам: 1) Позволяет ясно увидеть бренность мирской суеты; 2) Учит жить с незамутнённым сердцем.
Кратко рассмотрим их ниже.
Резная каменная стела «Сутры сердца» у пагоды Чжилай в монастыре Шаолинь
1. Позволяет ясно увидеть бренность мирской суеты.
«Сутра сердца» в основном излагает учение о праджне и пустоте (запредельной мудрости, постигающей пустотность всех явлений). В сутре говорится, что бодхисаттва Авалокитешвара, с помощью мудрости-праджни, узрел, что все пять скандх — форма, ощущения, представления, волевые импульсы и сознание — не обладают независимым существованием (самобытием) и в своей основе пусты. «Пустота», о которой говорится в этой сутре, — это пустота самой сущности явлений. Это изначальная, абсолютная пустота, неразрывно связанная со всем сущим. Она не является относительным понятием и не означает просто отсутствия. Это пустота-не-пустота: феномены есть, но они пусты по своей природе. Всё, что есть во вселенной материального — горы и реки, земля, солнце, луна и звезды, и вплоть до всех предметов обихода, растений, животных и даже нашего собственного тела — все это видимые образы. Наши же мысли, принципы, человеческие дела, эмоции, радость, гнев, печаль и веселье — все это бесформенно. Однако все эти вещи, имеющие образ и не имеющие его, в своей основе изначально пусты, потому что все они возникают из сочетания множества условий (зависимого возникновения). Поскольку они возникают за счет взаимной зависимости, у них нет собственной субстанции, и если искать их абсолютную окончательную природу, то в конечном счете ее невозможно обрести. Исходя из этого, всё без исключения лишено самосущей природы, возникает благодаря причинам и условиям и не может быть обретено (как нечто постоянное) — такова пустотность всех явлений. Когда бодхисаттва Авалокитешвара в практике созерцания пустоты (праджня-самадхи) достиг прозрения, он постиг, что все пять скандх пусты и иллюзорны, не обладают истинной реальностью. Именно поэтому далее в тексте сутры Будда говорит Шарипутре: если пять скандх пусты, то и форма пуста, и ощущения, восприятия, волевые импульсы и сознание также иллюзорны и лишены истинной нереальности. На этой основе Будда продолжает объяснять Шарипутре, что все вещи и явления лишены самобытия и в своей абсолютной природе суть пустота. Другими словами, всё существующее рождается из сочетания причин и условий, лишено самосущей природы, не имеет самостоятельной сущности, не может быть обретено (как нечто постоянное) и по своей изначальной природе пусто. Все дхармы, упомянутые в сутре, такие как восемнадцать дхату (областей), двенадцать звеньев взаимозависимого возникновения, Четыре Благородные Истины, мудрость, обретаемая через практику шести парамит и всех бесчисленных благих деяний — все они не имеют самостоятельной формы, и природа их пуста.
Павильон Гуаньинь в монастыре Шаолинь
«Сутра сердца» учит нас видеть непостоянство всего внешнего: будь то родственники, богатство, чувственные удовольствия, слава и выгода, статус и положение или любые другие внешние атрибуты — в конечном итоге все они иллюзорны и не существенны. Мы не должны цепляться за эту ложную (временную) реальность, не можем позволить себе быть неспособными отпустить и расстаться с этими иллюзорными вещами. Только когда мы сможем постичь эту истину, мы сумеем отбросить страдания, пустоту и непостоянство, которые пронизывают мирские дела, и, следовательно, оставить привязанность к славе, богатству, почестям и роскоши. Если бы каждый из нас мог относиться к делам этого мира с таким умонастроением, то мы обрели бы покой в общении и взаимодействии с другими, в мирской суете стало бы гораздо меньше раздоров, и человеческий мир превратился бы в чистую землю.
2. Учит жить с незамутнённым сердцем.
Священное изображение бодхисаттвы Гуаньинь на Террасе Небесной Росы в монастыре Шаолинь
Бодхисаттва, опираясь на мудрость праджни, практикует шесть парамит, чтобы достичь цели: «в устремлении вверх – обрести путь Будды, в сострадании вниз – спасать живых существ». Именно благодаря опоре на мудрость праджни ум бодхисаттвы пребывает в состоянии без преград и привязанностей. Поскольку в сердце бодхисаттвы нет препятствий, нет в нём и страха; он также далек от всех ложных взглядов и иллюзорных мыслей, достигая таким образом окончательной нирваны — не-рождения и не-исчезновения. Все будды трех времен — прошлого, настоящего и будущего — достигли непревзойденного истинного всецелого просветления (аннутара самьяк самбодхи), опираясь именно на эту мудрость праджни. Поскольку бодхисаттва практикует созерцательную праджню, его ум постоянно пребывает в чистоте, свободный от беспокоящих мыслей и иллюзий; так он превосходит суетные тяготы мирской славы и выгоды, и поэтому способен достичь состояния ума, в котором нет препятствий, и, естественно, не возникает ни страха, ни извращенных представлений. Пробудившийся, постигнув иллюзорность мирских суждений о правильном и ложном, обретении и утрате, славе и позоре, пребывает без всяких привязанностей и, естественно, не испытывает никакого страха. Даже перед лицом такого великого события, как смерть, — того, что в глазах людей этого мира страшнее всего, — последователь Чань остаётся столь же безмятежным и внутренне свободным.
Методы достижения состояния безмятежности ума.
Статуя тысячерукой и тысячеглазой Гуаньинь в Павильоне Гуаньинь монастыря Шаолинь
Чтобы по-настоящему достичь состояния, в котором сердце не знает преград, я считаю, что следует действовать в следующих направлениях.
Во-первых, важно уметь жить в настоящем моменте. Время быстротечно, а мирские дела изменчивы и непостоянны. То, что мы делаем сейчас или уже сделали, в мгновение ока становится прошлым. Прошлое нам уже не подвластно, а будущее еще не наступило и не поддаётся предсказанию. Единственное, что нам действительно подконтрольно — это настоящее. Конфуций говорил: «Свершившееся не обсуждают, осуществленное не порицают, прошлое не осуждают». Это означает, что о свершившихся фактах не стоит спорить, уже сделанное не нужно упрекать, а за прошлые ошибки или промахи не следует осуждать. Если мы сможем не сожалеть о прошлом и не тревожиться о будущем, а сосредоточить свои помыслы на настоящем, то у нас станет гораздо меньше поводов для беспокойств. Человек, который не умеет жить настоящим, не способен создать блестящее будущее. Поэтому для каждого из нас важнее всего именно настоящий момент: без него не существует ни прошлого, ни будущего.
Во-вторых, нужно правильно относиться к приобретениям и потерям. На жизненном пути каждый испытывает и радость успеха, и горечь неудач. Многие, добившись успеха в чем-либо, начинают зазнаваться и высокомерно относиться к другим. Поэтому, когда человек находится на волне успеха, ему следует сохранять спокойствие и скромность — так он сможет избежать множества привязанностей.
Если в сердце человека не осталось суетных забот, он будет проживать каждый день спокойно и свободно. Тогда каждый день для него – добрый день, а каждая ночь – прекрасная ночь. Освободившись от бремени мирских привязанностей, став совершенно свободным человеком, он может вести безмятежную и естественную жизнь, подобно одинокому облаку или дикому журавлю. Как говорится в стихах:
«Блажен монах, чья ряса — плод заслуг,
Во всей вселенной он— лишь вольный странник.
Где есть судьба — там будет ночевать;
Где связи нет — уйдет опять,
Вверяясь ветру, что гонит облака».
Источник: официальный сайт монастыря Шаолинь. Опубликовано 1 июля 2025 г.
